Сегодня мне предстоит решить серьезную задачу. Энергии в жилище поубавилось, предстояло открыть новые проходы. Такая работа требует невероятной сосредоточенности. Я начал сложный ритуал поиска потенциально возможных энергетических порталов. Сперва необходимо найти и отметить векторы пространства состояний, а затем перевести состояние в импульс резкими движениями собственного тела.
— Ты можешь потише? – Папа-Саша сидел за ноутбуком, выстраивая на экране несложную систему городской канализации. – Проект не могу сдать уже неделю, голова не варит, а ты скачешь, как бешеный. Все-все, не обижайся, иди ко мне.
Я внес срочные коррективы в заготовленный план действий. Папа-Саше требовалась дополнительная потенциальная энергия. Пришлось восполнять ее запас терапевтическими вибрациями. Они работают при соприкосновении любой части человеческого организма с вентральной поверхностью моего тела.
— Вот так, хорошо, мой дружочек, хорошо… – Папа-Саша уже был близок к трансу, когда открылась дверь и вошла Мама-Люся. Она вытирала мокрые лапы полотенцем.
Я был недоволен. Как им объяснить, что нужно концентрироваться на том, что делаешь, а не разбрасывать энергию по сторонам? Дикие существа, никакой организованности. Еще одно доказательство, что без нас они не выживут.
— Папа-Саша, идем обедать. – Папа-Сашино сознание заняло свое обычное место, хотя я продолжал передавать ему вибрации. Его конечности зашевелились и помешали мне закончить работу.
Тогда я пошел на опережение. В буквальном смысле. Проскочил мимо нижних лап Мама-Люси и побежал перед ними в кухню, преследуя две цели. Первая – осмотреть комнату принятия пищи на предмет наличия червоточин, опасных для человеческого энергетического здоровья. Вторая – убедиться, что подношение для меня готово и стоит на закрепленном для него месте.
— Папа-Саша, давай завтра ты Мелкого в садик отведешь? – Мама-Люся остановилась возле зеркала в коридоре и поправила волосы. – У меня запись в парикмахерскую на утро.
Что меня особенно удивило, когда я впервые попал в жилище – как спокойно люди смотрят в зеркала. Никакого образования. Дикари. Зеркало – это многофункциональный портал и объект квантовой неопределенности. Невозможно предугадать, какое именно пространство оно откроет. Но увы… Местная эволюция, создавая людей, обделила их во всем. Поэтому обитатели моего жилища используют лишь отражательную способность зеркал. Только Мелкий их побаивается.
А вот и он. Сидит за столом и ритмично двигает нижними лапами. Проверил подношение Мама-Люси. Все правильно. Одно сухое, второе – мокрое. Хоть чему-то смог их научить.
— Сынок, ешь аккуратнее, прошу. Перестань размазывать кашу по тарелке – уже стол заляпал. – Мама-Люся вытерла стол и протянула Мелкому железную палку, которой люди вынуждены подцеплять свой корм. – Возьми маленькую ложку, тебе удобнее будет.
— Ну ма-а-ам, я не хочу эту кашу. – Мелкий, в отличие от крупных обитателей жилища, обладает мощным интеллектом. Он отвлекал внимание Мама-Люси для того, чтобы спустить мне свое личное подношение в виде мясного круга, которое я с уважением принял.
После ритуала кормления я стараюсь уделить время обучению и развитию Мелкого. Обучаю, как развлекать меня, чтобы я был доволен, и у него это получается. Мы так увлеклись разнообразными движениями, что я пропустил проникновение потока темной энергии в мое жилище.
Лицо Мелкого внезапно покрылось жидкостью из глаз, его голосовые связки принялись издавать звуки на высоких частотах. Папа-Саша с Мама-Люсей резко сделались недовольны друг другом, флуктуации их эмоционального разговора на кухне пульсировали по всему жилищу.
Черный вихрь кружился около зеркала. Он разрастался, подпитываясь негативными эманациями обитателей жилища, которые сам же и вызвал. Положительную обратную связь между объектами можно разорвать, только направив энергетический вектор в противоположную сторону.
Я подготовился принять удар на себя. Приоткрыл свое отверстие для приема пищи – канал в ближайшую черную дыру, – значительно увеличился в размерах за счет роста заряда статического электричества шерстяного покрова и испустил громкий протяжный звук. Звуковые волны создали воронку с противоположным вектором. Предметы в жилище пришли в хаотическое движение под воздействием двунаправленных энергетических потоков. Я слышал звон стекла, треск ткани, которой обтянуты человеческие лежанки. Раздался громкий хлопок. Получилось! Стабилизированная темная энергия тонкой струей собиралась в открытый мною канал.
Когда к нам с Мелким вбежали люди, я уже облизывался и снимал с себя налипшие микрочастицы темной материи.
— Саша, он вазу разбил! – Мама-Люся схватила тряпку. – Ну я тебе покажу, бессовестный!
— Люся, давай сперва осколки соберем, потом будешь кричать. – Папа-Саша сперва рассуждал адекватно, но затем звук его голоса изменил регистр. – Ну а диван зачем ты исполосовал? Чем он тебе помешал?
Мелкий вытер себе лицо верхними лапками, закрыл меня собой и принялся объяснять ситуацию Мама-Люсе и Папа-Саше:
— Мама, папа, он не виноват! Из зеркала вылез черный мешок – во-о-от такой! – Мелкий вытянул лапки над головой. – Мешок крутился и хотел нас съесть. Все затрещалось и забахалось. Потом он сделал второй мешок, мешки стыкнулись и хлоп! Все и попадало. Не ругайте его, он просто хлопнул мешки! Он не нарочно…
Мама-Люся и Папа-Саша посмотрели друг на друга особенным взглядом, после чего жилище наполнилось флуктуациями золотистых оттенков. Мама-Люся присела на нижние лапы и растопырила верхние.
— Идите ко мне оба. И ты, спаситель от мешков, тоже иди.
Мелкий бросился к ней и прижался. Мама-Люся притронулась своим лицом к верхней части головы Мелкого и ласково растянула губы. Я степенно приблизился к моим людям и разрешил им ко мне прикасаться.
Лежа на залатанном диване в ожидании ночи, я погрузился в воспоминания. Когда я выбирал эту жизнь, меня предупреждали, что придется лишиться части своего тела, чтобы оберегать своих людей – жалких, недоделанных, слабых – от беды, которую они даже не заметят. Кажется, я ни о чем не жалел.
Но как объяснить, что они постоянно мешают мне работать?
