Остбанхов

Выйдя на перрон вокзала Остбанхоф, я ничего особенного не почувствовал.

Два долгих дня, проведенные в поезде не вымотали меня: наоборот, я был полон сил и энергии.

Берлинское солнце играло с бледно желтыми фасадами, голубое небо отражалось в вымытых стеклах. Легкий мороз отрезвлял и бодрил.

Перейдя дорогу, выложенную булыжником, я очутился возле здания привокзальной гостиницы. У меня возникло желание избавиться от своего багажа: небольшая сумка через плечо сползала до локтя и хлестала меня по бедру, неудобный полиэтиленовый пакет с хот-догами, сделанными в дорогу моей мамой, вздулся и покрылся испариной, а литровая бутылка водки, одиноко лежащая в жёлтом несуразном пакете с русской надписью «Пассаж» при ходьбе больно била о мое колено.

Уютная гостиница пахла цитрусовым дезодорантом и масляной краской.

Я поднялся по красноковровой лестнице и остановился возле пустующего ресепшен с блестящим звонком. После недолгих размышлений над прейскурантом я понял, что ритмичные удары бутылкой о колено – вполне терпимы и выйдя обратно на мороз, пошёл в непредсказуемом направлении.

Неспешно бродя по аллеям и улицам, я обратил внимание на то, что мне практически не встречаются люди. Редок был и транспорт. Я связывал это с утренними часами.

Берлин, местами напоминающий Питер, не производил ожидаемого впечатления. Не испытывая восторга, я шел вперёд, пока не оказался в центре города. Выйдя на площадь, я очутился возле здания собора с разрушенным зелёным куполом. От этого он походил на гигантскую разбитую бутылку.

На площади, возле газетного ларька было оживлённо. Я решил попытаться обменять свои помятые двести долларов на немецкие марки.

Владелец ларька отреагировал удивленно, но в просьбе не отказал.

Я убрал в кошелек четыреста марок и продолжил свое путешествие.

На одном из проспектов я заприметил торговца газетами. Он был одет в теплую куртку с воротником. Торговец хлопал себя руками по спине и всем своим видом напоминал немца под Сталинградом из военной кинохроники.

Проходя мимо, я увидел торчащую из под его куртки тельняшку и, убежденный в том что это наш человек, подошел…

                                                                                                             ***

…Санкт-Петербург. 96-ой. Мне исполнился двадцать один год.

Три года я получаю повестки из военкомата.

Три года я торгую театральными билетами.

Перепродаю билеты иностранцам.

Раскачиваюсь на поребрике. Жду очередную «жертву».

Занимаюсь скупкой и продажей.

Самое главное, в нужный момент, купить билеты в кассе и дождаться аншлага.

Иностранцы с радостью платят…

Одним словом, тот-же фарцовщик.

Занятие приравнивается к криминалу.

88-ая статья, валютные махинации.

Меня окружают далеко не лучшие люди.

Бандиты, вор-карманники, мажоры…

Такое ощущение, что вокруг меня собралась вся шушера Невского проспекта и я постепенно становлюсь таким же.

Ежедневно пью, пропадаю неизвестно где, влипаю в разнообразные истории.

Ежедневные переругивания с отцом, полная потеря его уважения.

Мама, ждущая, что вот-вот что-то произойдет, предлагает уехать пока не поздно.  

Я начинаю серьезно об этом думать.

Каждый день звонит бандит из театра.

Я должен ему денег.  

Я не подхожу к телефону.

На его звонки отвечает мама, каждый раз придумывая что-то.

– Его нет. Он грузит арбузы в Чебоксарах.

Заплатить предлагаемую сумму я не могу за полным отсутствием денег.

В конце концов решаюсь уехать.

Продаю свою золотую цепь, скопированного Шагала «Я и моя деревня» и еще пару вещиц из коллекции «душевные воспоминания».

Теперь у меня есть на билет в одну сторону до Берлина и двести наличными на новую жизнь…

                                                                                                             ***

Торговец газет оказался русским немцем из Казахстана.

На мои вопросы он отвечал вяло, давая всячески понять, что помочь не в состоянии.

Я аккуратно спрашиваю его о том, как он здесь очутился?

Делая вид, что не понимает меня, он продолжил себя хлопать по спине, словно пингвин, почувствовавший тревогу. 

Ничего толком не узнав, я распрощался со своим минутным знакомым и побрёл дальше. Колено уже перестало реагировать на удары бутылки, а бедро на харассмент сумки. 

                                                                                                            ***

В телефонной книжке у меня был записан берлинский номер знакомой немки.

Мы познакомились с ней в театре. Я подарил ей билет на «Бориса Годунова» и предложил выпить со мной в буфете. На оперу мы так и не попали.

Сообщать ей о своём визите в Берлин заранее, я не стал, наивно полагая, что она и без моего предупреждения обрадуется.

                                                                                                             ***

А ещё в моём запасе была заученная фраза на английском, которую я подготовил для немецкой полиции. Правда, визит туда, я решил отложить на самый крайний случай. 

Замерзнув и устав, я всё-таки решаюсь снять номер в гостинице.

Заметив сияющие стеклянные двери и вертикальную вывеску «Hotel», я нырнул внутрь. Гостиница отличалась от привокзальной просторным фойе, и отделанным красной кожей баром. На ресепшене меня учтиво поприветствовал молодой немец с прилизанными волосами.

Поставив на ковер пакет с русской надписью «Пассаж», я на ломанном английском спросил –  нет ли свободного номера? Немец одобрительно кивнул в ответ и раскрыв кожаную папку, указал пальцем на цену. Она показалась высокой, но отказываться мне почему-то было неудобно.

Тем более, что опыта гостиничной жизни у меня ещё не было.

Раскрыв мой паспорт на странице с фотографией, он быстро, но пристально посмотрел на меня и порывисто убрав красную книжку в сейф, выдал мне ключи от номера.

Включив телевизор, я сел в удобное кресло и развалившись с пультом в руках, стал смотреть на мелькающих людей. Из колонок доносилась немецкая речь. На минуту я представил, как провожу вот так вечер за вечером, при этом уже понимая каждое слово. Мимолетная картинка успела напугать своей реалистичностью.  

Возникшее чувство одиночества ненадолго посетило меня.

Откинув неприятные мысли, я открыл холодильник, удивившись ассортименту.

Хлопнула пробка. Пенная шапка с шипением вырвалась из бутылки на ковёр. Забыв сразу про неприятности, я осушил бутылку до дна. К еще одному пиву присоединилась свиная колбаска.

Я почувствовал себя королем мира.

Я решил больше не выходить на улицу, а уединиться с набитым холодильником.

Проведя таким образом остаток вечера, я заснул под белым накрахмаленным одеялом, пьяным и полусчастливым.

                                                                                                            ***

Ранним утром я проснулся от легкой головной боли.

Незамедлительно решив опохмелиться, я устроился за изящным столиком.   

Но свой первый глоток сделать не успел.  

Мой взгляд остановился на табличке со знакомым словом «Меню».

Возникшая догадка отрезвила.

Посмотрев на бутылку в руках, я стал сравнивать название на этикетке с названиями, написанными в меню.

Найдя там совпадающее слово и рядом стоящею цену – пришёл в ужас.  

Набитый холодильник, так скрасивший мой вечер, оказался капиталистической ловушкой.

Его содержимое не входило в стоимость номера (как наивно думалось мне).

Я стал подсчитывать свои убытки. И понял, что питерские бандиты не худшее из зол.

Недолго думая, я бросился в ванную с пустой тарой.

Я заполнил каждую выпитую бутылку водой и аккуратно закрыв пробками, поставил обратно в холодильник.

Подстегиваемый желанием быстро отсюда слинять, я через мгновенье уже стоял возле ресепшен.

За стойкой был всё тот-же прилизанный немец.

Я положил на стойку ключи.

Он открыл сейф, достал паспорт и перед тем, как его отдать, пытливо посмотрел на меня и спросил, не ел ли я чего из холодильника?

Я, густо покраснев, ответил, что съел только колбаску.

Недоверчиво посмотрев, немец предложил за нее расплатиться.

Засовывая на ходу паспорт в задний карман джинс, я деловым и быстрым шагом направился к выходу.

Очутившись на безопасном расстоянии от «места преступления», я облегченно вздохнул.

                                                                                                             ***

Проходя мимо телефонной будки, я всё-таки решаюсь набрать номер немки. На встречу с ней я возлагал большую часть своих надежд. От этого звонка могло зависеть многое. Моё будущее?

Крутанув несколько раз диск, услышал звон провалившейся монеты и следом её голос. После недолгих напоминаний кто я такой, наконец-то торжественно объявил, что нахожусь в данный момент в Берлине. Не почувствовав в её голосе радости, я немного расстроился, но о встрече все-же попросил.

Виру. Так ее звали. Узнал я её не сразу. В Питере она была одета в какие-то бесформенные одежды, что вызывало у моих пижонистых друзей-фарцовщиков снисходительную ухмылку.

Сейчас передо мной стоял другой человек. В красивом дорогом пальто и изящных туфлях. Она грустно смотрела на меня и после недолгого молчания предложила зайти в турецкое кафе рядом со станцией. Я предложил ей пива, но она отказалась, и купив колы, села напротив. Я почувствовал неловкость ситуации и стал честно рассказывать о цели моего приезда.

Виру мое изложение явно не нравилось. Она периодически смотрела на часы, и в какой-то момент объявила, что ей пора. Я сделал последнюю попытку и предложил ей вечером выпить со мной водки, которая, кстати, продолжала фантомно биться о моё колено. Но получил категорический отказ.

Она ушла.

На меня навалилась тоска и недоумение….

                                                                                                             ***

Вечером я снова снял номер в гостинице.

Её фасад был в строительных лесах: рабочие в оранжевых касках сновали туда-сюда и время от времени слышался шум отбойных молотков. Но мне настолько понравилась низкая цена, что я перестал слышать этот шум и видеть эту оранжевую суету. Взяв ключи у фрау сидящей за синим столом, я поднялся в свой номер.

Никаких ковров на гостиничной лестнице не было. Половицы сильно скрипели. Убранство комнаты было малопримечательное. Вид из окна на кирпичную стену соседнего дома и дохлая мышь в центре комнаты лишь увеличило мою тоску.

Носком ботинка я запихал трупик под батарею.

Но отвращение лишь нарастало. Побродив немного взад-вперед по комнате, я решил избавиться от этого унылого прибежища.

Я спустился вниз и подойдя к фрау, уже почти дремавшей за столом, положил перед ней ключи от своего номера. Сообщив, что передумал снимать комнату в их гостинице, я наткнулся на недоумение и долгий монолог, после которого понял, что обречен на ночь в их отеле.

Разозлившись, я сообщил о мертвой мыши в моём номере.

Немка отнеслась к этому с явным недоверием, и я предложил ей лично убедиться в моей правоте. Возможно, даже со свидетелем.

Взяв с собой рабочего в каске, мы поднялись в номер.

Из места спонтанного погребения был вытащен мёртвый и нежелательный
постоялец.

Меж тем, это маленькое макабрическое происшествие послужило поводом для моего переселения в другой, более светлый номер. Правда, всё с тем же видом на кирпичную стену.

                                                                                                             ***

Подсчитав утром свои капиталы, я понял, что надолго мне этого не хватит.

За окном бушевала вьюга. Ну, что же. Нужный момент настал.

Я наконец-то откупорил привезенную водку. Сделав несколько глотков, я вышел в белую стихию берлинских улиц.

За три дня пребывания в Берлине, я так и не разобрался как платить за метро, и тем не менее, отправился в Потсдам, в надежде найти там своих.

Но многонациональный Берлин словно издевался надо мной, спрятав где-то внутри себя, всех соотечественников.

Помимо того торговца газетами, мне так и не встретилась ни одна русская душа. Я делал безуспешные попытки разговаривать с прохожими, думая, что вот этот – точно ИЗ НАШИХ.

Немцы испуганно шарахались от меня в разные стороны.

Да и православная церковь, с небольшими золотыми куполами и парком,
окутанным белым снегом, не ответила на стук в дверь своего сына
радостным грохотом открывающегося засова.

Побродив вокруг в атмосфере нарастающего страха и ностальгии, я покинул это место.

Уставший и напуганный бесперспективностью поисков, я решил использовать свой последний, припасённый на крайний случай козырь и побрел сдаваться в полицейский участок рядом с церковью.

Дверь открыл человек в зеленой форме с закрученными усами.

Долго собираясь с духом я, в конце концов, начал перовое предложение заученной фразы:
-«а эм фром раша, ай донт вон ту гоу ин зе арми…»

Усач с маленькими глазами оборвал меня резким жестом: «Русский?» – Зашевелил он усами.

Я кивнул.

Надвигаясь на меня, выдавливая меня своим телом к выходу, усач медленно прошипел: «И Д И   Н А   Х У Й!»

Совершенно ошарашенный, я нашел себя на заснеженной улице с полупустым пакетом навсегда пропахшим хот-догами.

А в нём… безысходно булькала водка.

Страшные картины замелькали в голове.

Такого развития событий я никак не ожидал.

Я представил себя идущим по рельсам в сторону России-матушки, которая ждет меня в серой ментовской униформе с распростертыми объятиями.

Сделав глоток из бутылки и закусив его непонятно откуда взявшимся пирожком, я побрел в сторону метро.

Небо слилось с горизонтом, вокруг меня вертелся белым смерчем снег, усиливая и так инфернальные ощущения.

Я бесцельной белкой перепрыгивал с ветки на ветку метро.

Я катался в подземке с самыми мрачными мыслями.

Меня тошнило от всего что попадалось на пути.

На одной из станций вышел покурить, тупо уставившись на табло с расписанием.  Рядом, с ноги на ногу, переминались двое. Один из них жестом попросил у меня сигарету. Улыбнувшись, он сверкнул золотыми зубами, и неописуемая радость узнавания наполнила всё мое существо.

– Ребята, вы по-русски случайно не говорите? –  почти с ликованием спросил я
– О, земляк! – Взаимно обрадовался златозубый. – Мы из Киева!

Покурив, я посвятил долгожданных знакомых в свою ситуацию и рассказал им про все свои злоключения. Недолго думая, человек с зубами, нагнулся ко мне и практически прошептал непонятное мне слово:
– Азюль!
– Это что? – спросил я.
– Это убежище, по-английски – так же шепотом ответил мой добрый знакомец. – Приходишь в участок и говоришь «Азюль!» – улыбаясь сказал он.

После недавнего посещения полиции мысль об этом вызывала только отвращение.
– А здесь где-нибудь можно переночевать? – на всякий случай спросил я.
– Есть ночлежка от Красного Креста, если у тебя есть деньги.

Не хотелось почему-то им говорить, что у меня осталось всего двадцать марок, и я кивнул.

– С действующим паспортом тебя там примут. У нас закончилась виза мы спим, где придется.

В разговоре выяснилось, что они живут в Берлине уже два месяца и приехали сюда заработать денег. Когда спросил, не хотят ли они здесь остаться, они оба поморщились и закачали головами.

Я выпил с ними остатки водки, и на сердце, на этот раз, немного полегчало. Новые знакомые проводили меня до Красного Креста, где я оказался стоящим в очереди с немецкими наркоманами, алкоголиками и полусумасшедшими стариками. 

Я достал голубую бумажку и вложил её в паспорт. Старушка лет девяноста, одетая в униформу и фуражке, из-под которой были видны седые волосы, взяла деньги и документы, а взамен выдала мне полиэтиленовый пакет, в котором было туго свернутое одеяло и подушка.

Я прошел внутрь и первым постояльцем, которого я увидел в комнате, был бородатый старик. Сидя внизу двухъярусной койки, он рычал что-то невнятное. На других койках лежали люди прямо в обуви.  Их лица в полумраке было сложно рассмотреть.

Распечатав свой мешок, я забрался наверх и собрался спать. Но тут вошла старушка, и тихо прикрикнув на рычавшего старика, предложила всем постояльцам кофе.

Я спрыгнул с кровати и взял чашку ароматного кофе.

Дождавшись, когда вокруг этого божьего одуванчика рассосётся народ, я присел рядом с ней.

Я общался с ней всю ночь, удивляясь самому себе и появляющимся откуда-то словам. Жалость к себе нарастала, и не выдержав её силы, я разрыдался.

Старушка молча встала и вернулась со слегка пожелтевшим листом бумаги.

На нём был написала адрес центра по приёму беженцев, куда я должен буду обратиться завтра.

Засыпая, я долго ворочался, думая о том, что же ждёт меня впереди…

Нет комментариев

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

-->

СВЯЗАТЬСЯ С НАМИ

Вы можете отправить нам свои посты и статьи, если хотите стать нашими авторами

Sending

Введите данные:

или    

Forgot your details?

Create Account

X