Никто всерьез не ожидал…

Двадцать четвертого я валялся в постели с жуткой температурой и был уверен, что у меня ковид.
Я вызвал врача и ожидая его, прибрался. Получилось так себе. Всюду валялись мои вещи и, что самое ужасное, сопливые кусочки туалетной бумаги.
Врач пришла и долго ругалась: ей было противно набирать на домофоне цифры, потому что их кто-то старательно захаркал. Плевки замерзли на 30-градусном морозе и превратились в сосульки, которые неровным слоем покрывали железные цифры домофона.
Впрочем, видя, что у меня жуткая температура, врач смягчилась и любезно взяла у меня из носа и изо рта анализы.
На сопливые кусочки туалетной бумаги она даже не взглянула.
Анализы показали, что никакого ковида у меня нет. Я несколько разочаровался.
Я уже мысленно поместил в свой инстаграм фотографию положительного теста на ковид, похожего на тест на беременность.
В этот момент Плешивый принялся бомбить мирные украинские города.

***

Мирные украинские города внешне почти не отличались от таких же городов где-нибудь в средней полосе России.
Они были также бестолково застроены хрущевками и панельками. Между хрущевками и панельками торчали церкви и деревья.
И вот на фоне панелек и хрущевок вдруг принялись взрываться ракеты.
Любой из нас, жителей России, может выглянуть в окно и увидеть примерно такой же пейзаж.
Который, как вдруг, выяснилось, можно запросто дополнить парой-тройкой ужасных взрывов.
Стало невозможно смотреть в окно и не думать о том, что из-за плешивого карлика на простых людей падают ракеты.
Падали они, однако, не на нас.

***

На второй день войны я выздоровел и пошел к семье.
К семье я, как правило, ходил пешком, а по дороге заходил в свой гараж и там немного играл на барабанах.
В тот раз я тоже пошел в гараж с намерением поиграть на барабанах.
Я зашёл в гараж и посидел на вертящемся стульчике.
У стульчика была своя история. Моей жене он достался от предыдущих жильцов нашей новой квартиры. Ранее он не имел ничего общего с барабанами и стоял у благородного пианино.
Мне его трогать не разрешалось, но, волею случая, стульчик оказался у меня в гараже.
Короче, выяснилось, что я больше не хочу играть на барабанах. Мои музыкальные амбиции сняло как рукой.
Всё это стало совершенно неважно.
Важно было то, что где-то там, из-за Плешивого и его приспешников умирают люди.
Где-то там в таких же, панельках и хрущевках дрожат и жмутся к стенам обычные мирные граждане, а Плешивый с приспешниками их убивает.
Какие к чорту барабаны?!
Я встал с вертящегося стульчика, положил палочки в рюкзак и закрыл гараж на замок.
Больше я в этот гараж не вернулся.
Я пошел к жене.
По дороге я чувствовал, будто меня посадили в стеклянный куб и опустили в глубокий колодец.
Правда, было одно небольшое обстоятельство – меня никто не убивал, и я не жался к стенам, слушая выстрелы.

***

Плешивый сразу намекнул, что народ его страны, должен весь как один, безоговорочно, сплотиться вокруг него и поддержать его желание убивать мирных украинцев.
Все, кто не поддерживал его желание убивать автоматически записывались к нему в личные враги. Личных врагов Плешивого, по традиции, было принято бить дубинками.
Кроме личных врагов Плешивого и граждан, поддерживающих его желание убивать мирных украинцев, существовали неопределившиеся.
— Всё не так однозначно — утверждали неопределившиеся. – Мы еще не совсем определились хорошо убивать мирных украинцев или плохо.

***

Когда я пришёл к семье, я выяснил, что моя жена, как и я, эти два дня толком не спала и не ела. Занималась она тем, что ходила из одного угла в другой. У неё было серое лицо.
Я снял верхнюю одежду и присоединился к ней. Теперь мы ходили из угла в угол вдвоём.
Наша дочь, увидав что мы ходим из угла в угол, занервничала. Нервничая, она, как правило концентрируется на героях аниме «Великие из бродячих псов». Аниме это отличается от прочих тем, что герои там носят фамилии известных писателей. Например, там имеется Гоголь – лихой эксцентричный мафиози с длинной косой.
Мы же, кое-как прикинув, что к чему, решили немедленно переехать в Израиль.

***

Плешивый, надо сказать, основательно подготовился к убийству мирных украинских граждан.
Накануне, например, он выступил по телевидению и сказал, что никакой Украины не существует.
А граждан несуществующей страны, по его мнению, можно было массово уничтожать.
Он набрал кучу солдат на танках и выстроил их вдоль границы с этой якобы несуществующей страной.
Никто, кстати говоря, тогда не думал, что Плешивый действительно нападёт.
Было мнение, что он ещё не окончательно спятил и просто набивает себе цену, как частенько случалось до этого.
Я тоже, признаться, думал, что Плешивый ещё не окончательно спятил.

***

В Израиль, что характерно, просто так взять и попасть, нет никакой возможности.
Желающему там жить следует набрать множество документов, которые показали бы, что его предки имеют какое-то к Израилю отношение.
В моём случае отношение к Израилю имел прадедушка.
У меня имелось его изрядно пожелтевшее фото.
Суровый мужчина с бородой, лысиной и в лакированных сапогах, в юности он ограбил какую-то лавку, набил её владельцу физиономию, и был за это сослан в Сибирь.
Поэтому, я, вместо Израиля, или, там, условного Гомеля (он был родом из Белоруси), родился в Якутске.
В общем, кое-какие документы у меня имелись. Оставалось лишь показать их нужным людям.
При этом, нужно было действовать согласно нашему с женой общему плану.
То есть куда-нибудь немедленно уехать. А показывать всё, что нужно уже откуда-нибудь издалека.
Немедленно уехать можно было в Армению, Грузию и ещё пару-тройку чуть более экзотических стран.
Мы выбрали Армению.
В Армении у нас был знакомый Саак, которого мы, правда, никогда вживую не видели. Как-то так случилось, что у нас не имелось даже его фотографии.
Выяснилось ещё, что не одни мы считаем Армению годящейся для подобных ситуаций.
Цены на билеты в Ереван внезапно одичали.

***

Нам пришлось продать кое-что и кое-что взять взаймы.
Кроме того, пару дней мы бегали, собирая всякие справки и покупая нужное для поездки.
Нужного было на удивление немного.
Например, понадобился чемодан. Понадобилась справка о том, что мы с женою состоим в браке. Понадобился пауэрбанк, потому что телефон дочери от постоянного просмотра анимэ «Великий из бродячих псов» вечно садился.
За пауэрбанком мы зашли в торговый центр. Люди вокруг делали покупки как ни в чем не бывало. Кто-то даже покупал подарок на восьмое марта. Как будто восьмое марта ещё имело какое-то значение.
— Я хочу – сказала жена, пока мы ехали на эскалаторе, — просто купить пазл и вечером собрать его с дочерью.
Так до войны они развлекались по вечерам.
Жена вдруг заплакала. Прямо посреди эскалатора.
Сейчас я сижу на кровати в Ереване и вспоминаю, как плачет моя жена, прямо посреди эскалатора в торговом центре.
Это было сто лет назад, хотя на самом деле, прошло чуть больше трех недель.
На нас до сих пор не упала ни одна бомба.

***

Тем временем, Плешивый сидел глубоко в бункере и удивлялся.
Он представлял себя рыцарем на коне, которого окружающие боятся и уважают. Ему казалось, что как только он убьет достаточное количество мирных украинских жителей, прочие бухнутся на колени и примутся благодарить его за то, что они всё ещё живы.
Он многого не учёл. Того, что украинские мирные жители вовсе не собираются бухаться на колени. Того, что его никто не уважает и не боится.
Того, что он не рыцарь на коне, а Плешивый импотент.

***

Мы сидели в аэропорту Новосибирска и пили кофе.
Каждые пятнадцать минут происходило что-то такое, чего, казалось бы, происходить не должно.
Например, жена прочитала, что бомбы, вот прям только что, попали в атомную электростанцию и, прямо сейчас, к Еревану летит огромное радиоактивное облако.
— Тебе не кажется, что мы герои какого-то дурацкого фильма? – спросила меня жена.
Мы, впрочем, повторяю, были в полной безопасности.

***

В отличие от жителей Киева, который обстреливал Плешивый и его приспешники.
Как-то раз я был в Киеве. Это был живой город, наполненный веселыми людьми и панельными домами.
В одном из таких домов мы встречали Новый год.
В небольшую квартирку набились красивые и высокие киевские музыканты и играли на удивительных инструментах удивительную музыку.
Теперь Киев обстреливал Плешивый и там погибали люди.

***

В самолете Сочи-Ереван летела сотня хипстеров и ровно три армянина.
Хипстеры летели с горными лыжами и корги.
Если бы Плешивый захотел бы разом избавится от сотни своих врагов, ему нужно было бы просто сбить этот самолет.
Это было бы как раз в стиле Плешивого.
Ему, впрочем, было не до самолета с хипстерами
Он расстреливал ракетами дома мирных жителей под Харьковом.
А потом давал интервью, в котором говорил, что мирных жителей он ракетами не обстреливает.
А потом опять расстреливал дома мирных жителей под Харьковом.
Когда ему показали неопровержимые доказательства обстрелов, он обвинил мирных жителей в том, что они сами обстреливают ракетами собственные дома.

***

Из Сочи до Еревана мы долетели на самолете российского производства. Он немного трещал и скрипел, но, в целом, неплохо выполнил своё главное предназначение и довез людей из Сочи до Еревана.
— Я буду в красной спортивке. – написал мне в вотсапе Саак.
— А я буду с бородой. – ответил я ему.
В итоге друг друга мы не узнали.
Во-первых, Саак на свою красную спортивку набросил кожаную куртку.
А во-вторых, меня он просто не узнал. Бородатых мужчин в Ереванском аэропорту было примерно столько же, сколько и мужчин безбородых.
Чуть позже, мы, конечно, всё равно встретились, потому что нам, например, не надо было прятаться в каких-нибудь траншеях от обстрелов.

 

***

На следующий день прогрессивная общественность объявила, что пластиковые карты россиян вот-вот перестанут работать во всех прочих странах, кроме России.
В банкоматы Еревана выстроились очереди из печальных хипстеров с бородами и собаками корги.
Банкоматы быстро опустели.
Хипстеры с бородами и собаками корги принялись бродить по Еревану и горько вздыхать над бесполезными ныне картами.
У многих хипстеров на картах были нарисованы смешные рожицы.

 

***

На следующий день в Ереване пошёл снег.
«Русские привезли» — пошутили по этому поводу армяне (а также жители Грузии и Турции), которые, как выяснилось, все, поголовно прекрасны и гостеприимны.
Наше израильское будущее туманно. Вполне возможно, что фотографии сурового дедушки в сапогах не хватит для доказательства нашей причастности к евреям.
Настоящее наше, впрочем, прекрасно уже тем, что мы живем в квартире, а не прячемся от обстрелов в подвале без еды и воды.

Продолжение, наверное, следует…

Иллюстрация автора

Нет комментариев

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

-->

СВЯЗАТЬСЯ С НАМИ

Вы можете отправить нам свои посты и статьи, если хотите стать нашими авторами

Sending

Введите данные:

или    

Forgot your details?

Create Account

X