Почему немецкий муж. Похмельный синдром (часть 11)

Утро. Я проснулась от чувства тревоги. Тревога колотилась в виски, отзывалась тупой болью в затылке. Алекса рядом не было. И зачем я вчера так напилась? Столько всего намешала… Как там, интересно, отец Алекса? При чем тут отец? Алекс. Да, именно Алекс. Где он? Я вчера наговорила глупости. Или гадости? Или глупые гадости? Хотя,  почему бы и нет? Значит тому и быть. Погуляли и хватит. Все равно не мое это все – замки-аэропорты и чинные обеды. И я действительно его совсем не люблю. Значит я теперь свободна? Надеюсь, меня довезут до Берлина? А где я буду жить еще почти месяц? Значит скоро опять в Родной городок? Ну что за дурная голова… Как можно было так? Что теперь делать? Просить прощения? Нет. Это тоже не мое. Я не буду ни у кого просить прощения. В конце концов, я сказала правду.

Я с трудом встала и поплелась в душ. Лишь бы не встретить Алекса.

В ванной Алекса тоже не было.

Я спокойно привела себя в порядок. Посмотрела в зеркало. Да, теперь я готова к разговору. Или к бою? Надо сразу упаковать вещи.

Алекс застал меня с грудой вещей на кровати и открытым чемоданом.

– Доброе утро. Ты сегодня долго. Мы заждались тебя за завтраком. Ты идешь?

Я смотрю на него и не могу ничего прочесть по его лицу. Наверное, более сдержанный тон и без поцелуя „доброго утра”. С утра пораньше зачем-то одел костюм.

– Да, я иду. Хотела сначала собрать вещи.

– Я еще тоже не собрал. Успеем. Потом.

Мы спускаемся по лестнице к завтраку. Запах кофе и свежих булочек. На последней ступеньке Алекс говорит:

– Ничему не удивляйся, ладно?

Я не успеваю ответить, а меня уже встречают приветствиями.

– Доброе утро. Как спалось? Вся семья и даже сестра все еще сидят за столом. Время уже около 10. Это слишком поздно для них. Странно. Все выглядят неестественно напряженными. Отец Алекса – и не скажешь, что ему вчера тоже досталось, – чисто выбрит, тоже в костюме и галстуке.  Ох, уж эти мне аристократы. Хорошо, что я успела привести себя в приличный вид. Или джинсы и блузка – не совсем приличный вид? Я опять путаюсь в мыслях, пытаюсь мыслями об одежде вытеснить не проходящую тревогу и чувство опасности.

Мне наливают кофе, подают разные закуски. Я стараюсь не встречаться ни с кем глазами.  Нет, это не тревога — это, кажется, стыд. Я пью кофе и не притрагиваюсь к еде.

Отец Алекса прервал затянувшуюся тишину.

-Александр сегодня с утра, очень рано, собрал нас для серьезного разговора. – Пауза. – Должен сразу сказать, для нас всех это большая неожиданность.

Все смотрят на меня, а сестра „Александра” испуганно отводит глаза.

Я готова выскочить из-за стола и убежать подальше от этой электрической тишины. Может сразу сказать: „Я все понимаю, прошу прощения, наша встреча была ошибкой. Большое за все спасибо. Где здесь вокзал?“

– Но несмотря ни на что, – продолжает отец, – Александр сумел нам все объяснить. В вашей ситуации это, наверное, единственное правильное решение.

Я поднимаю глаза и уже собираюсь сказать. “Хватит уже. Я и так все поняла. Можно я просто пойду?”

– Мы все вместе посовещались и хотим сказать только одно: ВЫ МОЖЕТЕ ПОЛНОСТЬЮ И ВСЕГДА НА НАС РАСЧИТЫВАТЬ!

Я молчу, а Алекс берет меня под столом за руку. Кажется, у него на глазах слезы.

-Ты согласишься стать моей женой?

И сразу, не дав вдохнуть и опомниться:

-Ты права, времени до конца срока твоей визы у нас действительно почти не осталось. Единственное, что мы можем сделать, чтобы остаться вместе, и тебе не пришлось уезжать – это пожениться. Ты согласна?

Я пью горячий кофе, обжигаю губы, пытаюсь прийти в себя и не могу. Что здесь происходит? Все смотрят на меня выжидающе, отец слегка подбадривающе кивает головой. Мать вытирает слезы, сняв очки, но тушь уже потекла. Селена ковыряет вилкой половинку помидора.

Я обвожу всех взглядом:

– Для меня это полная неожиданность. Вы хорошо подумали? – смотрю Алексу прямо в глаза.

– Я бы предпочла не торопиться, – говорю медленно и отчетливо, но если вы уже все обсудили, а другого выхода действительно нет, и вы готовы принять меня в свою семью, совершенно меня не зная…, – Что ж, тогда я согласна! Мне уже можно называть Вас „мама”?

На обратном пути в Берлин мы молчали почти всю дорогу. Я не выдержала первая:

– Зачем ты это сделал?

– Давай доедем до дома и поговорим? Ты почти не ела за завтраком. Хочешь мы остановимся в ресторанчике на автобане?

Дома Алекс зажег свечи и открыл бутылку вина.

– Давай теперь поговорим. Но сначала скажу я, можно?

– Говори. И постарайся мне все объяснить. Ты же прекрасно понял, что я тебе вчера сказала. Почему ты это сделал?

– Потому что я счастлив. Я подумал, что с тех пор, как я тебя знаю, я все время счастлив. И что будет если тебя в моей жизни больше не будет? Я не хочу жить дальше без тебя. Поэтому я это сделал.

У Алекса опять влажные глаза, и он тянется за бумажным платочком.

– То есть ты прекрасно слышал, что я тебя не люблю? Или ты думаешь, что это пьяные слова? Понимаешь, я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО тебя не люблю. Совсем. Тебя не удивляет, что мы даже не спим вместе?  Как же мы будем жить, Алекс? Как ты будешь жить, зная, что ты любишь, а я тебя нет?

– Ты полюбишь. Я все для этого сделаю. Просто времени прошло совсем мало. Ты обязательно когда-нибудь меня полюбишь.

– Что значит когда-нибудь? А если никогда? Что ты сказал родителям? Как они согласились, зная меня всего 3 дня? Вы все с ума сошли?

– Я им сказал, что не могу без тебя. Сказал, что скоро закончится виза, и тогда ты  должна будешь уехать. Сказал, что на сегодняшний день нет никакого другого выхода кроме как наше бракосочетание.

– А ты сказал им, что я тебя не люблю?

Алекс поднял измученные глаза, на лбу испарина: нет, этого он им не сказал. Они бы тогда ни за что не согласились.

Я хожу по комнате с бокалом и курю одну сигарету за другой.

– То есть ты соврал родителям и теперь все время, пока я тебя НЕ ПОЛЮБЛЮ, мне тоже придется всем вокруг врать? Мне придется все время притворяться?

– Зачем? Это наши с тобой отношения. Просто будь собой и все.

Просто быть собой? Я задумалась. А если и вправду просто быть собой? Мне не предлагают ничего, кроме любви и достатка. Разве не к этому я стремилась, покидая Уфу? Вот, бери, ТВОЕ! А это правильно? Я сама так смогу? Но от меня не требуют ничего взамен. Меня будут ждать. Просто ждать, что я когда-то скажу “люблю”. И заиграет музыка, и взорвется в небе салют, и мы с Алексом за ручку побежим по радуге, заливаясь счастливым смехом? А будет ли все это?

– Я должна еще раз обо всем подумать. Я пойду спать. Это был очень тяжелый день.

Алекс остался сидеть в зале со свечами, потом поставил свой любимый Depeche Mode „what you ever wanted, what you ever needed…it’s here, in your arms…”

Хорошая песня, думала и я засыпая.

Нет комментариев

Оставить комментарий

-->

СВЯЗАТЬСЯ С НАМИ

Вы можете отправить нам свои посты и статьи, если хотите стать нашими авторами

Sending

Введите данные:

или    

Forgot your details?

Create Account

X